Н.В. Маслов

ОСНОВЫ РУССКОЙ ПЕДАГОГИКИ

Вопрос об основах русской педагогики важен для современного учительства, поскольку выявление и определение этих отечественных основ позволяет правильно и эффективно построить образовательный процесс. Исторический опыт свидетельствует, что в своей основе и по своему содержанию русская педагогика — педагогика православная.

После Крещения Руси жизнь русского народа, включая и образовательный процесс, строилась на учении Православной Церкви, святоотеческом наследии. Основы русской педагогики нашли свое отражение в трудах отечественных святых — замечательных русских педагогов: святителей Тихона Задонского, Димитрия Ростовского, Игнатия (Брянчанинова), Феофана Затворника, глинских и оптинских старцев, святого праведного Иоанна Кронштадтского и других подвижников.

В наши дни это богатейшее наследие обобщил и систематизировал выдающийся русский пастырь и педагог схиархимандрит Иоанн (Маслов). В его трудах раскрыты цель, принципы, методы православного воспитания и показано, что основой русской педагогики является именно православное воспитание.

Интерес современной системы образования к православной педагогике обусловлен теми высокими результатами, которых она достигла, явив миру людей высокой нравственности, самоотверженности, героев Отечества.

Христианство облагородило мир и дало ему правильное направление во всех сферах деятельности. Именно Россия — как никакая другая страна — явила миру тысячи святых, то есть тех людей, которые являются нравственным образцом для всех поколений, живущих на земле. Не случайно в дореволюционной школе учили на житиях святых — учитесь у них, подражайте им! Меняются правительства, системы образования, наконец, политический строй, а нравственный идеал остается неизменным — вечным!

Святой благоверный князь Александр Невский, преподобный Сергий Радонежский, преподобный Серафим Саровский — великие русские святые, патриоты, много сделавшие для созидания русского государства. Это были люди просвещенного ума, хорошо понимавшие, что надо делать, когда делать и как делать.

Говоря о свойствах святых, святитель Феофан Затворник указывает, какими сверхъестественными способностями они обладали:

 

— зрение раскрывалось до способности видеть далекое и сокрытое (например, преподобный Сергий Радонежский встал и поприветствовал находившегося за десять верст от него святого Стефана Пермского);

— слух — до способности слышать пение ангельское (это отмечали многие русские святые);

— обоняние — до способности чувствовать в вещи запах страсти, с которой она дана (многие святые не принимали приносимые им вещи);

— движение — до способности быть в другом месте, не сходя со своего; ходить по воде как посуху (преподобный Иоанникий Великий, глинский настоятель схиархимандрит Иоанникий в 1912 г.);

— возможность жить почти без пищи. Пример святитель Гурий, архиепископ Казанский.

Будучи ещё в миру, Гурий приобрёл честностью любовь своего господина, и тот поручил ему всё управление домом. Но это возбудило зависть в сослуживцах, и они оклеветали Гурия перед князем, обвинив в прелюбодеянии с его женою. Князь, поверив клеветникам, посадил невинного Гурия в глубокий ров. Два года провёл он в нём блаженный почти без еды, так как ему подавалась пища непригодная для человека: раз в три дня ему бросали по одному снопу овса и давали немного воды.

Уже второй год заключения в темнице был на исходе, когда один из прежних друзей Гурия пришел ночью к нему и предложил доставлять ему приличную пищу. Но Гурий отказался от принятия всякой иной пищи, кроме той, какая ему доставляется, сказав, что «его питает многая и преизобильная благодать Божия». Гурий просил своего друга, чтобы он вместо пищи приносил ему бумагу, чернила и перья для писания азбук, по которым обучают детей грамоте. Эти азбуки Григорий поручил своему другу продавать, а деньги просил раздавать нищим.

Известно, что и дикие звери покорялись святым. Например, преподобный Серафим Саровский кормил медведя, так же как и преподобный Сергий.

Таким образом, у святых мы видим многие сверхъестественные свойства.

А в каком состоянии находится обычный человек? С какими свойствами человека сталкивается каждый день педагог?

Православная педагогика рассматривает человека в трех его состояниях: естественном, неестественном и сверхъестественном. Она исходит из того, что человек был создан Богом как существо совершеннейшее во всех отношениях как по телесной, так и по духовной природе.

Первые люди не знали, что такое грех, и поэтому ум их был проницателен, чист и способен к быстрому восприятию истин. Он легко проникал в сущность явлений. Главное, ум человека был способен различать добро и зло.

У любого из нас каждый день возникает множество проблем, и мы мучительно принимаем решения, не зная, как правильно поступить. А первозданному человеку было присуще понимание сути вещей, и он не знал этих мучений.

Воля человека всегда была направлена к добру, она была сильной, крепкой, человек мог владеть собой. Сердце человека было добрым, он не знал злых, терзающих душу чувств. Это естественное состояние человека.

Что же произошло, когда человек нарушил первую заповедь, которая ему была дана Богом для духовно-нравственного совершенствования? Произошло грехопадение. Грех нарушил целостность природы человека и лишил его Божественных дарований. Падение первого человека нарушило гармонию, отравило и расстроило все его существо, отразилось на всех свойствах и способностях.

  1. Утратилась ясность и проницательность ума, извратились все познавательные силы и способности, ум человека стал слеп и неспособен отличать добро от зла, истину от лжи.
  2. Немалый вред грехопадение причинило воле человека. Вместо стремления к добру и правде у него появились злые желания. Воля постепенно ослабела.
  3. Сердце стало жестким, невосприимчивым к добру, бесплодным. Вместо любви зло оно стало источать.

Святитель Тихон сравнивает сердце человека с каменистой землёй, на которую, хотя и сеются семена, но они остаются бесплодными и часто погибают. Как этот образ понятен каждому учителю, который старается каждый день сеять «разумное, доброе, вечное», а всходы бывают редкими.

Таким образом, первородный грех внес в существо человека полную дисгармонию, порвал те нити, которые соединяли человека с Богом, с добром и заставил его служить злу и страстям. Такое состояние человека, по учению святых отцов, называется неестественным.

Что важно знать каждому педагогу? Губительные следствия первородного греха не ограничились первыми людьми. Они распространились на весь род человеческий путем естественного рождения. До грехопадения человек находился в естественном состоянии, в нем все было прекрасно и гармонично. Состояние неестественное — это состояние после грехопадения, то, в котором находится человечество сейчас и для которого характерна полная дисгармония всех сил и способностей. С пришествием Христа для человека открылась возможность восстановить способности, которые у него были первоначально, вернуть утраченный образ Божий, который был дан человеку. Это состояние является сверхъестественным. Такого состояния достигали святые.

Учение о трех состояниях человека является ключевым для определения цели образования и методов педагогического воздействия. Цель православной педагогики — научить человека, как из неестественного состояния перейти в состояние естественное. Это значит — дать человеку правильное понятие и направление во всех сферах деятельности, облагородить земное общество, научить человека так проводить земную жизнь, чтобы ему стала доступна жизнь вечная.

Православное воспитание необходимо, «чтобы человек мог удобнее достигнуть доступного ему совершенства». Эта цель неизменна во все времена.

Теперь мы можем выделить концептуальное отличие православной педагогики:

Во-первых, православная педагогика исходит из знания свойств и качеств человека в его естественном состоянии.

Во-вторых, не только указывает все страсти и пороки, присущие человеку, но и предлагает средства их искоренения.

В-третьих, православной педагогикой разработаны методы воспитания, которые позволяют человеку сделать главное в его жизни, то есть перейти из неестественного состояния в естественное.

Важно отметить, что если педагог не признает сам факт грехопадения человека, то считает состояние человека после грехопадения со всеми его страстями и пороками естественным, и поэтому не искореняет их, а наоборот, развивает и усиливает. Он призывает человека к совершенствованию, к восстановлению утраченного гармоничного состояния. С другой стороны, не указывая на естественное состояние человека, педагог не указывает идеал воспитания. И, таким образом, оставляет человека в его падшем состоянии.

ПРЕДМЕТ ПРАВОСЛАВНОЙ ПЕДАГОГИКИ

В наши дни, как правило, учитель прежде всего стремится дать ученику определённую сумму знаний, обучить наукам. В традиционной русской педагогике обучение наукам было лишь составной частью образовательного процесса. Поскольку ум, воля и сердце ученика повреждены и находятся в неестественном состоянии, то основное внимание уделялось именно восстановлению утраченных способностей, что, в свою очередь, позволит быстро и легко усваивать знания.

Образование ума. Перед православными педагогами стояла и стоит задача — вернуть уму человека способность отличать добро от зла, истину от лжи. Для этого, прежде всего, нужно научить детей вере, а потом — другим наукам, раскрыть им основные понятия о Боге, о правилах богоугодной жизни.

Образование воли. Умственное образование тесно связано с утверждением воли в нравственных правилах. Христианские педагоги воспитывают в детях умение направлять свою волю в сторону добра. Воля нуждается в постоянной тренировке. В деле образования воли велика роль дисциплины, которая дает ей христианское направление, воспитывает готовность подчинить свое самолюбие нравственному долгу. Что такое дисциплина и почему православная педагогика уделяет ей такое внимание?

Истинный смысл дисциплины заключается в сознательном установлении такого порядка, который создает наилучшие условия для воспитания добродетели и искоренения пороков. Главное значение дисциплины состоит в таком развитии воли ученика, чтобы он сам стремился к нравственному усовершенствованию.

Образование сердца. Христианская педагогика учит, что сердце есть корень всех дел -добрых и злых. Чем наполнено сердце, такие действия и производит человек. Средства для воспитания сердца направлены на то, чтобы подавить в нем расположение ко злу и насадить добрые чувства. Воспитание чувств -это тема отдельная.

Таким образом, православная педагогика -это прежде всего работа над сердцем и умом ученика, к которой всегда призывали великие русские святые — просветители.

Православная педагогика раскрывает также неизменные нравственные законы, следуя которым человек избегает многих несчастий. Приведём лишь два из этих законов сформулированных в книге схиархимандрита Иоанна (Маслова) «Симфония по творениям святителя Тихона Задонского».

  1. «Грех без казни не бывает». Это правило должен знать каждый ребёнок с самых ранних лет. В подтверждение этого закона приведём не всем известный пример из Библии.

Саломея, дочь Иродиады, в награду за свой танец попросила у царя Ирода на блюде голову пророка Иоанна Крестителя. История сохранила нам рассказ о её страшной смерти уже в преклонном возрасте. Как-то раз, по неосторожности, Саломея провалилась в прорубь, и льды сомкнулись у неё на шее. Попытки спасти ее не увенчались успехом. Пытаясь вырваться из западни, она извивалась под водой, словно исполняя страшный танец, подобно тому, как в далёкой юности она плясала во дворце Ирода. Приговорив Иоанна Крестителя к смерти с легкостью, даже ни на мгновение не смутившись и не задумавшись, Саломея подписала и свой собственный приговор, и не только к страшной погибели земной жизни, но и к вечной погибели.

2. «Плохое воспитание есть начало злу, которое из поколения в поколение возрастает». Этот закон ставит перед нами задачу огромной важности создать такую систему воспитания в России, чтобы в следующем поколении наших соотечественников зло не возросло, а уменьшилось. Сделать жизнь россиян добрее, счастливее и плодотворнее!

 УСЛОВИЯ УСПЕШНОСТИ ПРАВОСЛАВНОГО ВОСПИТАНИЯ

Святой праведный Иоанн Кронштадтский, раскрывая святоотеческое видение успешности воспитания, обращается непосредственно к педагогам:

«И в нынешнее время, и в прошедшее только те люди успешно совершили свое умственное и нравственное воспитание, которые вверились Богу, жили по Его заповедям, которые ныне живут по Евангелию и учению Церкви, подчиняясь ее руководству Вот вам полезное замечание, все современные педагоги! Наук-то у нас много, а дела выходит мало, у юношей наших в голове много, а в сердце мало, мало, а часто — увы! — нет ничего! Жизнь-то не соответствует образованию и науке». То есть святые отцы обязательным условием успешности умственного и духовно-нравственного воспитания считали участие человека в жизни Церкви.

Каково воздействие Церкви на человека? «Своим благодатным воздействием она изменяет нравы, облагораживает злых и порочных людей. Исцеляя душу, Церковь, «в силу теснейшего единения души и тела человека», оказывает целебное действие и на тело, исцеляя его от болезней».

Таким образом, чтобы совершенствоваться, иметь добродетелей, «нужно жить жизнью Церкви, усваивать ее многовековой опыт».

С точки зрения субъектов воспитания, для успешности процесса воспитания необходимо взаимодействие Церкви, государства и общества. В России Церковь и государство на протяжении веков ревностно заботились о духовном совершенствовании народа, ступень за ступенью вели его к надлежащему исполнению православных установлений.

История православной педагогики свидетельствует о том, что условием успешности православного воспитания является правильное духовное руководство. «Никто не может сам научиться человеческим наукам, накупив всевозможных книг, тем более невозможно научиться науке духовной, которая называется наукой наук». В русской истории прослеживается тесная связь между духовным руководством и внутренним состоянием общества. Периоды расцвета и оскудения в нравственной жизни общества всегда были связаны с возрастанием или умалением роли духовного руководства.

Православная педагогика выделяет в качестве условия успешности воспитания ряд основополагающих качеств, специальных навыков педагога. Она выдвигает ряд требований к нему:

а) главнейшим и непременным условием успешности воспитательного воздействия является высокая нравственность учителя, его добрая жизнь.

Какая высокая нравственность, какое безукоризненное благочестие требуется со стороны педагогов, чтобы возвысить нравственное чувство своих учеников! «Устные наставления, не подтверждаемые примерами и сами по себе безжизненные, не доходят до сердца»… Детям «язык сердца доступнее, чем говор ума»: они скорее угадывают подлинный образ мыслей и чувствований своих педагогов, чем изучают преподаваемые им правила. Следовательно, чтобы внушить детям нравственные чувства, пробудить стремление ко всему благородному, высокому и прекрасному, учителя должны сами иметь высокую нравственность. «Без этого и при лучших учебниках цель христианского воспитания не может быть достигнута». Учитель должен быть нравственно выше учеников;

б) учитель должен быть профессионалом, прекрасно знающим преподаваемые предметы;

в) проявлять доброжелательность, любовь к ученикам и рассудительность. Способность сострадательно и духовно любить воспитанников необходима каждому педагогу.

Любовь есть неодолимая сила, неотразимое оружие в руках педагога. Педагог должен любить не только хороших, послушных учеников, но и тех, кто плохо себя ведет, плохо учится. Однако любовь эта должна быть разумной: она должна не покрывать недостатки учеников, но искоренять их.

Руководствуясь рассудительностью, учитель никогда не поступит опрометчиво. Рассудительность увеличивает силу педагогического воздействия. Она побуждает учителя к знанию своих учеников, условий их существования и воспитания, уровня и характера их умственного и нравственного развития, их внутреннего расположения, душевных нужд и др. Без такого знания учитель поступает наугад, что может оказаться бесполезным и даже вредным для учеников.

Педагог должен быть осторожным в своих беседах с учащимися, чтобы не повредить им, должен соблюдать в словах меру и порядок – уметь вовремя замолчать и кстати говорить.

г) Кроме того, учителю необходимо быть благоразумным, справедливым, мужественным и воздержанным. Мужество педагога – это нравственная крепость духа.

д) Всякому педагогу необходима мудрость, большая чуткость и наблюдательность при руководстве учениками с различными характерами, способностями.

е) Для успешности воспитания он должен:

– в душе каждого воспитанника уметь разжечь «искру Божию», вызвать ее к горению, к жизни;

– всех своих воспитанников, их родителей принимать беспрепятственно; к учителю должен быть легок приход человека всяких убеждений;

– быть беспристрастным ко всем ученикам: бедным и богатым, красивым и некрасивым, видеть в учениках прежде всего их бессмертную душу;

– поставить себя в условия «одинаковой близости» ко всем ученикам и всех учеников поставить одинаково близко к себе.

ж) Для педагога очень важно уметь пробуждать в ученике недовольство его

состоянием, привить ученику стремление к исправлению его недостатков и дурных наклонностей, стремление стать лучше, совершеннее, ибо это стремление является стимулом духовного роста, ведущим ученика к высотам нравственной чистоты.

з) Воспитатель должен не только заботиться о чистоте своего сердца, но обязан следить и за своим внешним поведением, внешним видом, чтобы не подать поводов к соблазну.

Юный возраст особенно зависим от внешних впечатлений. Поэтому так важно, чтобы учитель проявлял истинное радушие, имел дружелюбное лицо, благородный внешний облик и манеру поведения. Даже голос должен быть естественным, не слишком громким и не слишком тихим, он должен быть чужд театральности

Одежда издавна считалась одним из отличительных признаков нравственных качеств человека. Внешний вид сильно действует на душу. Поэтому одежда педагога должна быть скромной, чистой, опрятной, приличной, соответствовать высоте звания учителя.

Опыт лучших русских педагогов свидетельствует, что в своем служении педагог должен стремиться держаться «среднего пути», свободного как от нерадения, так и от излишней строгости.

Учитывая вышесказанное, очевидно, что успешность процесса воспитания обусловливается прежде всего таким фактором, как воспитание самих воспитателей.

О необходимости этого пишет святитель Феофан Затворник: «Нужнее всего… воспитывать воспитателей под руководством таких лиц, кои знают истинное воспитание не по теории, а по опыту. Образуясь под надзором опытнейших воспитателей, они опять передадут свое искусство другим, последующим и т. п. Воспитатель должен пройти все степени христианского совершенства, чтобы впоследствии в деятельности уметь держать себя, быть способным замечать направления воспитываемых и потом действовать на них с терпением, успешно, сильно, плодотворно. Это должно быть сословие лиц чистейших, богоизбранных и святых. Воспитание из всех святых дел самое святое».

В заключение приведем слова святителя Московского Филарета, подчеркивающие значение для педагога учения о спасении и христианского учения в целом: «Воспитание ученое, воспитание деловое, воспитание изящное — не слишком ли сильно привлекают к себе заботы некоторых воспитателей и воспитываемых видами наружных преимуществ, выгод, славы, удовольствия? Потому не излишне напоминать родителям и воспитателям детей апостольское наставление: воспитывайте… в учении и наставлении Господнем, т.е. словом и делом руководствуйте детей к жизни благочестивой и честной по учению Христову».

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ПРАВОСЛАВНОЙ ПЕДАГОГИКИ

На основании сказанного выше можно выделить ряд концептуальных особенностей православной педагогики.

  1. Православная педагогика исходит из знания свойств и качеств человека в его естественном состоянии.
  2. Указывает средства приобретения добродетелей и искоренения грехов и страстей.
  3. Православной педагогикой разработаны принципы и методы воспитания, которые указывают человеку, как сделать главное в его жизни — перейти из состояния неестественного, греховно-падшего в состояние естественное, обновленное.
  4. Православная педагогика воспитывает не только для временной, но и для вечной жизни: «Кто хочет воспитывать детей только для земных целей, тот увидит, что он забывает главное, т. е. назначение человека к жизни вечной и приготовление к ней. Кто думает, что нельзя воспитывать вместе для отечества земного и для отечества небесного, тот узнает, что он не имеет правильного понятия ни о земле, ни о небе. Земля есть временное жилище наше, а небо — вечное. Бог поставляет нас на земле для того, чтобы мы здесь приготовились, как должно, к жизни небесной. Кто думает, что он довольно сделал для детей, когда образовал их ум и сообщил им немало сведений, хотя и не научил их истинно любить Бога Отца и Господа Иисуса Христа; тот увидит, что детей, вверенных ему Промыслом, он оставил слишком далеко от цели истинного воспитания…»
  5. Православная педагогика органично включает процесс получения знаний в

процесс воспитания. Если знание отделится от веры или «станет враждовать» против нее, то воспитанники не только не получат должного образования, но и «скоро ниспадут до крайней степени невежества и грубости, ослепляясь заблуждениями и предаваясь порокам».

Таким образом, концепция православного воспитания не только развивает и разъясняет утверждение: без Бога «не можете творить ничесоже (ничего)», но и дает практическое подтверждение этого нравственного закона, свидетельствует о его смыслообразующем значении для педагогической теории и практики.

Реализация положений концепции позволяет воспитать высокообразованное и нравственное подрастающее поколение, предотвратить и не дать развиться нравственным болезням века, которые отрицательно действуют на все стороны жизни и деятельности каждого человека и общества в целом.

НРАВСТВЕННЫЙ ПОДВИГ УЧИТЕЛЯ

Прежде чем раскрыть смысл словосочетания «нравственный подвиг учителя», подумаем, чем отличается нравственный подвиг педагога от нравственного подвига солдата, воина, уточним само понятие подвига. Для получения правильного ответа обратимся к учению святых отцов. Где заветы святых отцов, там — победа. Святитель Феофан Затворник сказал, что монастырь — это врачебница, т.е. больница. Это же можно сказать и о нашей земной жизни. Людей Бог поместил сюда для того, чтобы они лечились. Когда Адам и Ева преступили заповеди, жизнь их изменилась, тела их стали другими, порочными, появились болезни. Действительно, святитель Феофан Затворник прав: наша земная жизнь — это больница, и мы все здесь, на земле, проходим курс лечения. Нужно исходить из православного учения о спасении, проясняющего, какова цель жизни человека. Показательно: Адам с Евой видели Бога, они наверняка рассказывали об этом своим детям, но уже один их сын убивает другого — и так вся жизнь рода человеческого. Прошло немного времени, и народ так пал нравственно, что Бог был вынужден уничтожить людей всемирным потопом. Спаслась одна семья: Ной с женой и трое сыновей с женами, которых Бог оставил для продолжения рода. Святитель Московский Филарет (Дроздов) отмечал, а всемирная история дает этому подтверждение: если народ падает нравственно, Бог его удаляет из истории. Этот закон определяет жизнь каждого человека, семьи, рода. Господь сказал: «Греха без казни не бывает». Это неизменный закон. Опыт показывает, что родовой грех из поколения в поколение возрастает. И именно поэтому Церковь является лечебницей, где лечат человека, где изгоняют из него грех. Когда человек, раскаявшись, уменьшает греховность в своей родословной, Бог продлевает ему жизнь. Святитель Филарет пишет, что если среди предков не было хоть одного праведника, этот род прерывается. Если посмотреть, как менялась политическая карта на земном шаре в течение тысячи или двух тысяч лет, то предстает картина постоянной смены государств: одни возникали, другие исчезали. Если вспомнить известные в течение многих поколений династии, описанные подробными родословными, то многие исчезли уже тысячу лет назад. Когда Авраам шел в землю обетованную, то Господь остановил его и на этой остановке убрал отца Авраама, поскольку в род отца Авраама вкралось язычество, отступление от истинной веры. Господь сорок лет водил еврейский народ по пустыне, чтобы удалить неверующих. Может показаться, что это жестоко, но Бог создал землю и законы ее бытия — и Он Судия. Когда кто-то из нас пытается говорить, что мы что-то изменим к лучшему, напишем какие-то новые законы и завтра… Нет, завтра ничего не произойдет, если мы как члены Церкви не будем соблюдать эти законы. Вот простой закон жизни человека на земле. Есть основополагающее утверждение: «От пастыря зависит благополучие общества». Именно пастыря. И если нравственно падет вся Церковь — так говорит Священное Писание, — Господь посылает пророков, если народ не слушает пророков — возникают смуты, войны, наводнения, стихии.

Кратко коснусь сегодняшнего дня. Мы провели анализ грузинского вторжения в Южную Осетию. Показателен замалчиваемый факт, наглядно демонстрирующий, как Бог управляет миром. В боевой группировке в 6000 человек 4000 грузинских солдат бросили оружие и бежали. На каждого беглеца сейчас грузинскими властями заведено уголовное дело. Почему они бросили оружие? Все беглецы говорят одну и ту же фразу: «Страх! Нас обуял сильный страх». 60000 грузин бежали из города Гори в течение часа, когда 14 российских танков показались в 20 километрах от границы. Все говорят одно и то же: «Страх». Ветераны Великой Отечественной войны, впоследствии ставшие священнослужителями, вспоминали, что многие пленные немцы свидетельствовали о своем страхе. Хороший пример — штурм Кенигсберга. Когда в ходе ожесточенного боя в небе появилась Богоматерь, многие немцы стали бросать оружие и сдаваться, ни одно немецкое орудие не выстрелило, все в панике восклицали: «Русская Мадонна защищает русских!» Многие подобные факты сокрыты, мы их просто не знаем. Если восстановить историческую связь времен и сравнить нравственное состояние народа и соответствующие условия народной жизни, сразу становится ясно: нравственность народа и его благополучие — неразделимы. Падают нравы — растлевается народ, поднимаются нравы — возрождается народ.

В XIX веке русское образованное общество отошло от Церкви, начались либеральные реформы. В России традиционно без благословения священноначалия ни одного педагога в школу не назначали. После священства преподаватели, учителя были наиболее уважаемы в обществе. Когда это правило перестали повсеместно соблюдать, то через тридцать лет последовала революция. В конце XIX века великий Глинский старец Порфирий (Левашов) предсказал, что со временем вера в России падет, блеск земной славы ослепит разум, слово истины будет в поношении. Далее подвижник благочестия сказал фразу, которая пророчески должна нас всех одухотворять и воодушевлять: «Но за веру восстанут из народа неизвестные миру и восстановят попранное». Мне кажется, что сегодня наступил тот момент, когда малое стадо, о котором говорит Господь, должно восстать за веру и восстановить попранное. Сегодня эта тенденция к восстановлению веры, возрождению народа постепенно набирает силу. Обратимся непосредственно к нравственному подвигу учителя. Мы часто путаем смысл и значение слов, поэтому неправильно принимаем решения. В современных толковых словарях даны различные определения слова «подвиг». «Это героический поступок, самоотверженный поступок», — можно прочесть в словаре Ожегова. В словаре по этике читаем: «Героизм — это поступок, требующий от человека предельного напряжения, он преодолевает необычайные трудности, по своим результатам и масштабам превосходит обычные действия человека». Значение слова «подвиг» в традиции православного русского народа — это нечто более глубокое и более широкое, чем приведенные определения. Очевидно, что подвиг возникает во время борьбы, сражения, когда есть враг. Усердие и навык обеспечивают человеку победу. В принципе — это формула существования человека на земле. Человек — это постоянная борьба. С кем же он борется? Человек борется с сатаной, с врагом, которого Бог выгнал за непослушание. И жизнь есть непрестанная брань, непрестанное сражение; каждый человек или со Христом или с сатаной, третьего не дано — так утверждает в своих трудах святитель Тихон Задонский. Дьявол есть начальник и изобретатель греха. Поэтому подвига без брани, без врагов не бывает. И христианину следует всю жизнь бороться с врагом. «Почему враг борется с человеком?» — часто задают такой вопрос. Дьявол враждует не с человеком, а с Богом, который его выгнал, но через человека, поскольку он Богу ничего сделать не может. Враждует через человека, желая лишить его спасения, как бы отбирая у Бога его детей. Тогда в чем же состоит подвиг и является ли он актом героизма? Подвиг не является актом героизма. Подвиг — это процесс целой жизни. И подвиг состоит в том, чтобы победить в этой борьбе самого себя. Чтобы очистить свою совесть и жить по совести. Потому что совесть человека — это закон Божий, написанный в сердце каждого. И чем выше и чище совесть у человека, тем лучше его поступки. Итак, подвиг — это постоянная борьба плоти и духа. Святые отцы учат человека непрестанно совершать этот подвиг, потому что вся жизнь христианина — подвиг, это нужно подчеркнуть. Святой Исаак Сирин писал: «Телесный подвиг, телесное делание предваряет духовное». Возникает вопрос, почему телесный подвиг впереди духовного? Потому что Бог сначала сотворил тело в Адаме, а потом вдунул в него душу. Так и телесный подвиг предшествует духовному. Не стяжавший телесного подвига не способен к духовному подвигу. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал: «Телесный подвиг необходим для того, чтобы землю сердечную сделать способной для принятия духовных семян». Часто в Церкви люди сразу налагают на себя огромную тяжесть духовного подвига. Как правило, они всегда погибают. Это справедливо по отношению и к простому мирянину, и к духовному лицу. Только тот человек, который приобрел навык телесного подвига, становится способным приступить к подвигу духовному. «Не бывает мелочей в деле спасения человека». Святой Василий Великий описал, как начинать телесный подвиг и почему его нужно начинать. Отец Церкви причисляет к подвигу человека правильное поведение, манеры, походку и одежду. Все это важно для образования и воспитания личности. Церковь утверждает: не научившись управлять своим внешним поведением, невозможно управлять внутренним миром, — это закон. Упорядочение внешних чувств человека приводит к упорядоченности внутреннего мира. Телесный подвиг является началом подвига внутреннего. Показательна традиция пеленания младенца. Пастухи увидели Младенца Христа в «пеленах лежащего». Это телесный подвиг для младенца, когда его связывают по рукам и ногам. Учеными доказано, что 70% всех чувств воспитывается в младенце до полуторагодовалого возраста. И пеленание для младенца есть телесный подвиг, который формирует терпение, смирение и послушание родителям. Это очень важный момент в формировании человека. Ученые доказали, что для воспитания детей, которых не пеленали в младенчестве, приходится использовать более жесткие методы воздействия. Подвиг — это перемена внешнего и внутреннего состояния человека. Каково должно быть внутреннее состояние человека? Оно должно быть естественным, таким, каким оно было до грехопадения у Адама и Евы — наших прародителей. Есть естественное состояние человека, есть падшее и есть сверхъестественное. Возникает вопрос: каково падшее состояние, мы же являемся образом и подобием Божиим? Церковь утверждает: человек имел естественное состояние в раю до грехопадения. Грех поразил всю природу человека, и он стал другим, даже тело, которое мы сегодня имеем, разительно отличается от тела, первоначально созданного Богом. Сверхъестественное состояние человека может проявляться после того, как Господь пришел на землю. Его пришествие дало возможность изменить к лучшему человеческую природу. Каким же был сотворен первый человек, каким он был создан? Во-первых, Адам и Ева не были причастны злу, были нравственно добрыми, свободными от забот. В этом состоянии Адам имел знание общих свойств и законов всего, что сотворил Бог. Именно Адам давал имена животным, травам, цветам, деревьям. Это предполагало знание их сущности, их естества. По свидетельству преподобного Серафима Саровского, Адам не подлежал воздействию ни одной из стихий. Он мог ходить по водам, проходить сквозь огонь. Адам повелевал стихиями. Он видел и разумел Бога. Все силы человеческие — ум, сердце и воля — находились в гармонии; в душе человека при сотворении не было ни одного порока. Вспомним преподобных Серафима Саровского и Сергия Радонежского — им служили лесные звери. В житии преподобной Марии Египетской сказано, что старец пришел ее хоронить, но в пути обессилел. Тогда появился лев, выкопал могилу, в которую старец положил тело преподобной Марии, и лев закопал могилу. Святые люди при жизни достигали тех естественных свойств, которыми Бог изначально наделил человека. Эти подвиги свидетельствуют о сказанном, а их жизнь — доказательство этому.

Что такое нравственный подвиг? Воспитание ума и сердца человека — это и есть нравственный подвиг. Задача человека восстановить в себе то естественное начало, те естественные свойства, которые были заложены при сотворении человека Богом. Нравственный подвиг — ежедневный подвиг — позволяет человеку обрести те свойства, которыми Бог наделил человека. Человек — это венец природы, и сегодня жизнь святых является тому подтверждением. Даже монахи XX века — это запечатлено в патериках — ходили по водам, читали мысли, исцеляли людей от болезней, предсказывали. Это и есть те адаманты церковного духа и жизни нашего общества, которые и сегодня нам подсказывают, к какому идеалу мы должны стремиться.

Педагог, как и пастырь, учит и воспитывает людей, в этом его великая миссия. В завершение напомню слова святителя Иоанна Златоуста, которые можно отнести ко всем воспитателям:

«Если бы добрые отцы старались дать своим детям доброе воспитание, то не нужны были бы ни законы, ни суды, ни судилища, ни наказания».

ЕДИНЫЙ И ЦЕЛЬНЫЙ ПУТЬ К СОВЕРШЕНСТВУ

Основы христианской педагогики во всей полноте имеются в Священном Писании и раскрываются в творениях святых отцов.

Православное воспитание состоит из двух неразрывно связанных между собой частей: собственно воспитания и обучения наукам.

Святитель Феофан Затворник пишет: «Обучение должно быть построено так, чтобы было видно главное и подчиненное». «Научность необходима и нужна для настоящей жизни, — отмечает святитель. — Но она не должна поглощать все внимание и быть единственной заботой учителя».

В этом убеждают нас и слова святителя Игнатия Брянчанинова: «…Я спрашивал у наук: что вы даете в собственность человеку? Человек вечен, и собственность его должна быть вечна. Покажите мне эту вечную собственность, это богатство верное, которое я мог бы взять с собою за пределы гроба! Доселе я вижу только знания, оканчивающиеся землею, не могущие существовать по разлучении души с телом.

Чему служит изучение математики? Предмет ее — вещество. Она открывает известный вид законов вещества, научает исчислять и измерять его, применять исчисления и измерения к потребностям земной жизни. Указывает она на существование величины бесконечной, как на идею, за пределами вещества. Точное познание и определение этой идеи логически невозможно для всякого разумного, но ограниченного существа. Указывает математика на числа и меры, из которых одни по значительной величине своей, другие по крайней малости не могут подчиниться исследованию человека, указывает она на существование познаний, к которым человек имеет врожденное стремление, но к которым возвести его нет средств у науки. Математика только делает намек на существование предметов, вне объема наших чувств.

Физика и химия открывают другой вид законов вещества. До науки человек даже не знал о существовании этих законов. Открытые законы обнаружили существование других бесчисленных законов, еще закрытых. Одни из них не объяснены, несмотря на усилие человека к объяснению, другие и не могут быть объяснены по причине ограниченности сил и способностей человека.

<…> Мы для того и изучаем эту науку [химию], чтоб узнать, что мы ничего не знаем, и не можем ничего знать: такое необъятное поприще познаний открывает она пред взорами ума! так приобретенные нами познания на этом поприще ничтожны! Она с осязательною ясностью доказывает и убеждает, что вещество, хотя оно, как вещество, должно иметь свои границы, не может быть постигнуто и определено человеком, — и по обширности своей, и по многим другим причинам. О географии, геодезии, о языкознании, о литературе, о прочих науках, о всех художествах и упоминать не стоит: все они для земли; потребность в них для человека оканчивается с окончанием земной жизни, большею частью гораздо ранее. Если все время земной жизни употреблю для снискания знаний, оканчивающихся с жизнью земною, что возьму с собою за пределы грубого вещества?.. «Науки! Дайте мне, если можете дать, что-либо вечное, положительное, дайте ничем не отъемлемое и верное, достойное назваться собственностью человека!» — Науки молчали.

За удовлетворительным ответом, за ответом существенно нужным, жизненным, обращаюсь к вере».

Вера расширяет область познания человека. Поскольку вера, по словам схиархимандрита Иоанна (Маслова), — это «средство восприятия истин, непостижимых для человеческого разума». «У веры и у науки одна область истины», — считает святитель Филарет, митрополит Московский и Коломенский.

Рассмотрим отдельные, особо значимые положения православной педагогики.

«Человек рождается не только для того, чтобы умереть, но и умирает для того, чтобы жить вечно. Поэтому временную земную жизнь человек должен рассматривать как своеобразную подготовку к переходу в вечность, — в соответствии со святоотеческим учением пишет схиархимандрит Иоанн (Маслов). — Нежелание человека умереть при всех невзгодах земной жизни есть вложенная в него Богом потребность жить без конца, жить вечно. Стремление к бесконечной жизни, таким образом, предопределено изначально Самим Богом. Он, как искру, возжег в человеке жизнь, которая — как искра Божия — никогда в нем не угаснет».

Православная педагогика, воздействуя на человека, опирается на положение о бесконечности жизни, причем имеется в виду не только его деятельность на земле (от рождения до смерти), но и его существование после смерти. «Там лишь развивается и растет то, что здесь посеяно, то есть добродетели разрастаются в вечности».

Если на нравственное усовершенствование, на жизнь вечную человек станет смотреть как на главное и необходимое дело, то ему легче будет достигать земного благополучия, писал архиепископ Евсевий.

Человек представляет собой смешение противоположностей— добра и зла, сердце его является ареной борьбы между тем и другим. Эта борьба непрестанна и обязательна для любого человека. «Вся жизнь есть брань», — писал схиархимандрит Иоанн (Маслов). Если человек не чувствует борьбы, следовательно, им полностью овладело зло.

В чем состоит внутренняя борьба? — В борьбе между злыми нравами неестественного, падшего человека и добрыми нравами человека обновленного. Значение этой борьбы очень велико: в ней христианин отстаивает честь Христа.

Борьба с грехами приводит к нравственному совершенству. Внутренней борьбе нужно учить и учиться. Православная педагогика раскрывает законы и правила внутренней борьбы, работы над собой.

От результатов внутренней борьбы зависит участь человека в земной жизни и в вечности.

Правило духовной борьбы — всякую страсть побеждать силою Христовой немедленно, как только она зародилась.

Все добродетели и все грехи связаны между собой и, подобно звеньям в цепи, зависят одни от других. Между ними существует тесная, неразрывная связь. То есть, совершенствуя одну добродетель, человек вместе с ней совершенствует в какой-то мере и ряд других. Но это не потому, что в одной добродетели заключаются все другие по их содержанию, а «единственно потому, что всякое добро исходит из одного источника — Бога».

В свою очередь, добродетели не только взаимосвязаны, но и имеют взаимообратное действие (например, надежда подвигает человека на добрые дела, а доброделание укрепляет надежду).

Все вместе добродетели, по словам схиархимандрита Иоанна (Маслова), составляют «единый и цельный» путь человека к совершенству, к Богу, ко спасению.

Вместе с тем святые отцы учат, что невозможно сразу браться за все добродетели. С чего нужно начинать? Начинать нужно с веры. Вера есть «мать и корень всех добрых дел», а неверие есть «корень злых дел и всяких грехов», пишет отец Иоанн (Маслов). Поэтому вера лежит в основании принципов православной педагогики.

По учению святых отцов, всеобъемлющим, руководствующим принципом жизни человека является истинная вера, усвоенная его умом и сердцем, воспринятая всем существом. Поэтому утверждение о том, что необходимо сначала «научить вере, затем другим наукам», является главным принципом православной педагогики.

Отец Иоанн указывает также на другие христианские принципы, которыми необходимо руководствоваться в деле православного воспитания, а именно: любовь к Богу, к ближним, к Родине, снисходительная мудрость и кротость и другие. Любовь — основа и главное руководящее начало христианской нравственности. Одна любовь бывает способна преобразовать и изменить к лучшему все стороны человеческой жизни.

Любовь к Богу и всестороннее упование на Него облегчает тяжелую участь человека на земле. Эта любовь помогает победить всякий страх, искоренить недостатки. Любовь к Богу состоит в уподоблении, подражании Ему, она украшает душу и является признаком духовной жизни.

Любовь к ближнему

Смысл христианской жизни — любовью работать друг другу. «Облегчить свою жизнь мы сможем, если будем жить не только для себя, но и для других. Жить для других — это долг любви», — указывал схиархимандрит Иоанн (Маслов).

Любовь к Родине

Христианское учение требует от каждого последователя беззаветной любви к своим братьям. Эта любовь находит яркое проявление в любви к родному Отечеству. «Душу свою полагает не только тот, кто будет убит на поле сражений за свой народ и его благо, но и всякий, кто жертвует своим здоровьем или выгодой ради Родины», — говорил в годы Великой Отечественной войны Святейший Патриарх Московский и всея Руси Сергий.

Принцип согласования внутреннего с внешним

Этот принцип заложен в природе человека. Человек состоит из души и тела, тесно связанных друг с другом. Согласовывая внутреннее с внешним, человек идет путем, указанным его Создателем. В противном случае, он, не подчиняясь Богу, действует самочинно.

Снисходительная мудрость и кротость

Плодом духовной мудрости является кротость. Как пишет святитель Тихон Задонский, кротости учит Христос Своею жизнью.

Христианская мудрость, по учению святых отцов, есть познание самого себя. Истинная мудрость состоит в том, чтобы побеждать свой природный злой нрав и следовать примеру жизни Христа.

Отличаясь строгостью к себе, лучшие православные педагоги были снисходительны к немощам других. Они охотно прощали недостатки своим ученикам, когда видели в них раскаяние и желание исправиться.

Педагогическая мудрость состоит в том, чтобы, как указывал схиархимандрит Иоанн (Маслов), «применять к жизни учеников наставления святых отцов, древних подвижников, сообразуясь с современными условиями».

Безотлагательность, своевременность исправления

Святые отцы учат, что человеку нельзя откладывать свое исправление. Продолжительность земной жизни сокрыта от людей, кончину человек может ожидать в любое время. Поэтому глинские старцы учат: «Начинай с сегодняшнего дня!», то есть не откладывай исправление себя, борьбу со своими недостатками.

Святитель Тихон Задонский пишет: «Нельзя медлить в грехе, но сразу же исправляться».

«Иное дело, — свидетельствует авва Дорофей, — вырвать с корнем малую былинку, потому что она легко исторгается, а иное — искоренить большое дерево».

Святитель Феофан Затворник пишет: «Приходит человеку мысль — переменить жизнь и стать лучше в своих делах и внутренних расположениях, но как много надо, чтобы она возобладала над душою! Большею частию такого рода благие помышления остаются бесплодными, не по своей, однако ж, вине, а по недолжному отношению к ним тех, чью душу посещают они.

Первая и главная в отношении к ним погрешность та, что их оставляют неисполненными, отлагают день ото дня. Отлагательство — общий недуг и первая причина неисправимости. Всякий говорит: «Еще успею», — и остается в старых порядках привычной недоброй жизни. Итак, пришла благая мысль исправиться—ухватись за нее, займись тем, чего ради она послана к тебе, и с сею целью прежде всего гони отлагательство.

Не позволь себе сказать: завтра или когда-нибудь после займусь этим, а сейчас же приступи к делу. Возьми в орудие себе здравое рассуждение и с помощию его:

а) живее вообрази неразумие, безобразие и опасность отлагательства. Говоришь: «после», но после будет труднее это сделать, потому что сам больше привыкнешь к греху и больше сделаются запутанными обстоятельства и связи твои греховные. Но какой смысл опутанному больше и больше себя опутывать и держать на уме, что и при этом после распутаться ему будет так же легко, как и теперь? Уж если сознаешь, таким оставаться тебе нельзя, каков ты теперь, что мешкаешь? Ведь можешь зайти за черту, из-за которой нет возврата.

б) Отлагаем оттого, что благая мысль, посетившая нас, стоит в нас еще только как мысль, еще не привлекла сочувствие, не движет желания. Она, среди других наших интересов, явилась, чуждая гостья, манит издали, действует не впечатлительно. Провести ее дальше в глубь души и указать ее цену и привлекательность — твое уже дело. Итак, поставь ее на первом плане, вообрази ее правоту, покажи радость и высоту, какие она обещает, уверь себя в легкости ее исполнения. Благая мысль действует слабо и не привлекает сердца оттого, что есть другие планы в голове, есть предметы интереснее. В сравнении с тем, что представляет благая мысль, ничто устоять не может; все отодвинется на задний далекий-далекий план. Указуемое благою мыслию останется одно и, как единственно ценное и прекрасное, привлечет.

в) Страдаем отлагательством наиболее оттого, что в эту пору позволяем ослабеть в себе энергии, поблажаем лености, вялости, сонливости, нерешительности и в мысли, и в деятельных силах; так можно взять себя и с этой стороны, поживее представив себе, как унизительно попускать это в обыкновенных делах, тем паче в самонужнейшем деле спасения, — что во всем должно оказывать себя живым и быстродеятельным, стыдно допускать противное, стыдно отлагать до завтра то, что можно и должно сделать сегодня.

Такими и подобными приемами гони отлагательство. Как кто сумеет это сделать, только сделай. Пришла благая мысль — уговори себя не отлагать исполнение ее, расположи и заставь себя сейчас же начать действовать по указанию ее. Кто отложил дело до следующих дней, тому сегодня нечего предлагать дальнейших советов».

Безотлагательность применительно к педагогической деятельности означает, что педагог должен стремиться:

— безотлагательно искоренять те недостатки, которые он видит в воспитанниках;

— побуждать воспитанников не откладывать на будущее свое исправление;

— учить бороться с леностью, вялостью и т.п. в мысли и в действии;

— не откладывать на завтра то, что можно и должно сделать сегодня.

Принцип природосообразности

В современной педагогике этот принцип трактуется как развитие свойств ребенка сообразно с его природными данными. Но православная педагогика ставит вопрос так: сообразно с какой природой человека? В ее естественном или неестественном состоянии? Педагогика, не признающая факта грехопадения первых людей и повреждения свойств человека в результате этого воспитывает ребенка, исходя из его поврежденного, неестественного состояния. «Великое несчастье, — свидетельствует святитель Игнатий Брянчанинов, — когда мы разовьем в себе свое падшее «я». В другом месте он пишет: «Весьма немногие сознают себя существами падшими… большинство смотрит на свое состояние падения как на состояние полного торжества, употребляет все усилия, чтобы упрочить, развить свое состояние падения».

Православная педагогика воспитывает человека сообразно с его естественным состоянием (таким, каким он был создан).

Педагог также должен учитывать принципы:

— доступности;

— наглядности;

— учета возрастных и индивидуальных особенностей воспитанников;

— индивидуального подхода к учащимся;

— сообразности.

Педагогу необходимо соблюдать доступность материала для всякого ума и, по словам отца Иоанна (Маслова), «высокие истины приближать к пониманию своих слушателей».

Надо использовать простые образы, заимствуя их по возможности из находящейся перед глазами слушателей природы, окружающей обстановки.

Воспитатель должен сообразовывать свою деятельность с обстоятельствами места и времени, удалять все внешние и внутренние препятствия, которые мешают обучению.

Педагогу необходимо стараться находить нужное слово для каждого ученика, избегать односторонности, не оставлять ни одного вопроса учащихся без ответа,

Воспитатель должен сообразовываться с уровнем умственного и нравственного развития учеников.

Таковы содержание, основные положения и принципы православной педагогики.

 Методы старческого руководства в деятельности схиархимандрита Иоанна (Маслова)

(Цит. по: Н.В. Маслов. Основы русской педагогики.М., 2007)

27-29 июля 2007 г, в Московской Духовной Академии состоится международный духовно-просветительский форум «Глинские чтения», посвященный 75-летию со дня рождения схиархимандрита Иоанна (Маслова). В форуме примут участие сотни педагогов со всех концов России и из-за рубежа. Отец Иоанн (Маслов) известен как выдающийся старец и педагог. История свидетельствует о том, что периоды расцвета или оскудения духовной жизни общества всегда были связаны с возрастанием или умалением роли духовного руководства. Составной частью святоотеческой педагогики является педагогика старчества. Это высшая форма духовного руководства.

Старец — «духовный кормчий», нравственный вождь.

Старец — это богопросвещенный, отличающийся совершенной духовной опытностью советник и наставник, способный мудро руководить жизнью других.

Старец не обязательно должен быть священником, но, согласно христианскому учению, он всегда является изъявителем воли Божией: он непосредственно водим Святым Духом. Старец является «духовным кормчим», нравственным вождем, потому что ему открывается Божественная воля, и вопрошающие могут узнать эту волю из его ответов. Поэтому старца называют «руководителем совести».

Через старчество из поколения в поколение передается дух христианской жизни, передается то, что не передается никаким словом, никаким писанием, а лишь непосредственным общением личностей.

Для руководства духовной жизнью людей старцу подается особый, редкий дар—рассуждение. «Рассуждение в общем смысле слова состоит в том, чтобы точно и верно постигать Божественную волю во всякое время, во всяком месте и о всякой вещи», т.е. истинный старец открывает волю Божию. Свойство старца сразу определять духовное состояние человека и давать ему правильный совет тем необходимее, что он руководит людьми с разными характерами, навыками, душевными запросами, каждому из которых требуется индивидуальное наставление.

Преподобный Иоанн Пророк призывает христиан без замедления исполнять указания старцев, так как они «не говорят чего-либо от себя, но Бог говорит в них, как Ему угодно, иногда прикровенно, иногда явно».

Истинный старец обладает добродетелью бесстрастия. Он преследует единственную цель — спасение человека, независимо от его происхождения, социального положения и духовного преуспеяния.

Старцам свойственны и другие духовные дарования: прозорливость, исцеление, чудотворения. Но они не являются целью подвижничества, они лишь свидетельствует о правильности подвижнического пути. Таким образом, истинный старец есть человек богоизбранный и богоодаренный. По свидетельству схиархимандрита Иоанна (Маслова), институт старчества принадлежит к пророческому служению.

Специфическая черта старческого окормления — откровение помыслов ученика старцу. Святой праведный Иоанн Кронштадтский пишет, что мысли человека имеют «крайне сильное влияние на состояние и расположение его сердца и действия». Чтобы сердце было «добро и покойно» и расположение воли — «доброе и благочестивое», необходимо «очищать свои мысли», открывать их.

Откровение помыслов старцу происходит в форме духовной беседы. При этом необходим тщательный и подробный анализ мыслей, чувств и душевных состояний человека. Дело в том, что помыслы, являющиеся в душе, бывают различны. Добрые или злые, иногда они тесным образом переплетаются друг с другом. Самому человеку без опытного наставника распознать их, как правило, невозможно. Этим объясняется необходимость разумного совета и откровенной духовной беседы. Отец Иоанн (Маслов) пишет по этому поводу, что открытие помыслов «должно охватывать состояние всей души» и объясняет это следующим образом.

По учению святых отцов, всякая страсть начинает свои действия через помыслы. Злые помыслы всегда предшествуют ее рождению и развитию. Поэтому центр борьбы со злом, живущим в человеке, должен быть перенесен именно на греховные помыслы. В этом контексте может быть по достоинству оценено уникальное значение старчества.

Если священник во время исповеди «разрешает человека» от уже совершенных грехов, то откровение помыслов старцу предупреждает ученика от будущих грехопадений, искореняя грех в самом зародыше, чтобы он из мысли не перешел в дело и не овладел сердцем человека. Чистосердечное откровение помыслов перерождает душу ученика: в его душе возникает ненависть ко греху, когда память о нем не услаждает, а вызывает отвращение. Именно в этом состоит результат воспитательного воздействия откровения помыслов старцу.

Отношение ученика к старцу характеризуется абсолютным доверием, откровенностью и беспрекословным послушанием. Взаимные отношения старца и ученика носят углубленный, внутренний характер. Молитва старца за ученика и его советы являются не только средством нравственного совершенствования, но и способом передачи ученику духовных дарований.

О важности старчества в жизни и инока, и мирянина свидетельствовали самые авторитетные святые отцы: основатель монашества преподобный Антоний Великий, мудрый наставник святитель Василий Великий, преподобные Иоанн Лествичник, Варсонофий Великий, Авва Дорофей, Феодор Студит, Феодор Эдесский, Симеон Новый Богослов, — и многие другие подвижники на протяжении всей истории христианства.

Среди русских богословов большое внимание старчеству уделяли святители Тихон Задонский, Игнатий (Брянчанинов), Феофан Затворник, старцы Оптиной и Глинской пустыни и другие подвижники.

Говоря о происхождении старчества, следует отметить, что оно возникло вместе с монашеством, утвердилось почти во всех египетских и палестинских обителях, но особенно процвело на Афоне.

В Россию старчество пришло со времени принятия Русью христианства в 988 году. Одним из первых учредителей старческого руководства был основатель Киево-Печерского монастыря преподобный Антоний Печерский, начавший свой иноческий путь на Афоне. Однако ко времени преподобного Нила Сорского (XV в.), ревностного защитника старчества, из-за ослабления духовной жизни оно оскудевает.

Возродил традиции старчества на Руси во второй половине XVIII века преподобный Паисий Ве-личковский. Его ученики положили начало старческому руководству во многих русских монастырях. Наиболее значительными духовными центрами, где старчество было восстановлено в полной мере, наряду с Троице-Сергиевой Лаврой и другими монастырями, стали Глинская и Оптина пустыни. Каковы особенности этого высшего проявления христианской педагогики?

Старец буквально ведет человека по ступеням духовно-нравственного совершенствования. Этот процесс в православной педагогике называется душеводительством. Он представляет собой особую пошаговую педагогическую методику, включающую ряд этапов.

Первый этап — формирование внимания — особенно важен в деле православного воспитания. По словам святителя Тихона Задонского, невнимательность, как завеса, закрывает от человека все духовное, отнимает способность к познанию. Святые отцы дают конкретные советы, как научиться вниманию: воспрещать себе рассеянность мыслей, «возненавидеть мечтательность». «Кто вкусит великое благо внимания, — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов), — тот возлюбит утеснять разум», чтобы вниманию научиться.

Из сказанного становится понятным, почему старец, прежде всего, учит ученика быть внимательным к своим мыслям, желаниям, чувствам, поступкам. Внимание называют первым средством для очищения души. Внимание связано с постоянным наблюдением над собой. О чем мыслишь? Что любишь? Что ненавидишь? К чему стремишься? К чему привязываешься? От чего отвращаешься? Какие в себе желания и внутренние движения чувствуешь? Человек должен учиться контролировать все свои слова, дела, чувства и мысли. Свои помыслы ученик открывает старцу; старец учит его осознавать и распознавать их.

Внимание в настоящее время стало редким качеством. Поэтому так важен сегодня опыт педагогики старчества в деле формирования внимания.

На следующем этапе ученик должен не только внимательно следить за возникающими помыслами, но и учиться отвергать те, которые греховны, причем — что особенно важно — отвергать в начале их появления, не позволяя им проникнуть глубоко в сердце.

Для борьбы со злыми помыслами старчество выработало специальные средства.

  1. Необходимо открывать духовному наставнику абсолютно все без различения помыслы, стремясь к наибольшей откровенности. Это — самое действенное средство их искоренения. Отец Иоанн пишет, что «откровенность в духовной брани есть самое наилучшее средство, ведущее к очищению души». Здесь важно не только устное открытие помыслов, но и внутреннее состояние: готовность человека к этому шагу.
  2. Умение в нужное время переключать внимание либо на предметы возвышенные (истины веры), либо на сферу конкретной деятельности.
  3. Молитва. Главное правило здесь — отгонять злые помыслы и заменять их молитвой.
  4. Труд, препятствующий возникновению греховных помыслов.
  5. Мысль о неизбежности смерти, по свидетельству отца Иоанна (Маслова), «подобно горящей свече, показывает человеку, от чего он должен удаляться и к чему стремиться». Эта мысль приводит ум человека в трезвенное состояние.
  6. Постоянное чтение Священного Писания, житийной и святоотеческой литературы и размышление о прочитанном.
  7. Безусловное послушание старцу, о чем говорилось выше.

Каково же происхождение помыслов?. «Проводниками» греховных помыслов являются человеческие чувства. Органы чувств — особенно глаза, уши, язык — нуждаются в постоянном контроле. Когда человек с помощью духовных средств (труда, молитвы, самонаблюдения и др.) приучается непрерывно контролировать самого себя, то в нем воспитывается внутренняя собранность. Самособранность свидетельствует об определенном этапе внутреннего роста человека, его борьбы с самим собой, своими недостатками.

Мудрое руководство старцев приводит ученика к постоянной внимательной внутренней жизни и, тем самым, постепенно возводит его на высокую ступень нравственного совершенства. Об этом свидетельствует множество исторических примеров.

Выдающимся представителем плеяды старцев Глинской пустыни был схиархимандрит Иоанн (Маслов).

Множество людей тянулось к отцу Иоанну благодаря особому дару Святого Духа, который он имел, — старчеству.

Истинный старец — это, прежде всего, изъявитель воли Божией. Так и отец Иоанн ни одного своего решения не принимал без ясного указания Божия. Господь открывал старцу Свою волю, и вопрошавшие батюшку могли узнать эту волю из его ответов. Старец говорил, что всегда надо думать: «Как батюшка скажет, так и сделаю», а не жить по своей воле, по своим мыслям.

Старец напоминал: «Господь Бог наш видит все. Главное — по воле Его жить». Еще батюшка объяснял, что люди слабы, сам человек никогда не может знать волю Божию (враг может его в сторону увести), а только духовник (батюшка говорил: «Тот, кто несет подвиг») откроет.

При общении со старцем люди чувствовали большую внутреннюю силу его слов и то, что при ответах на их вопросы он говорил не от себя. (Преподобный Варсонофий Великий учит: «Отцы говорят не сами от себя, но Бог подает им, что сказать для пользы каждого»). В одном из писем своим духовным чадам отец Иоанн писал: «Дело еще осложняется тем, что не все прислушиваются к голосу и благословению нашему, а значит, и голосу Божию».

Батюшка отвечал на тысячи всевозможных вопросов: «Куда мне благословите: замуж или в монастырь?», «Как мне жить: муж меня оставил?», «Что делать с работой: очень маленькая зарплата, не могу прокормить семью?», «Мне негде жить, как быть с жильем?», «Я потеряла все, что мне было дорого в жизни. Мне незачем жить», «Неизлечимая болезнь мучает меня. Я не могу не роптать», «Мои дети, в которых я вложил жизнь и душу, стали мне чужими», «У меня нет веры»… и т.п. Все эти и подобные вопросы обрушивались на старца ежедневно. Он имел великую силу, духовную мощь не только все внимательно выслушать, но делом и советом реально помочь людям. Сколько раз самые сложные, отчаянные и запутанные житейские вопросы он решал двумя-тремя полными сердечного участия словами. И всегда по благословению благодатного старца выходило хорошо, и решение оказывалось мудрым и правильным.

Многие родители спрашивали отца Иоанна, куда отдать детей учиться после окончания школы. У тех, кто слушался батюшку, всегда все хорошо складывалось и с учебой, и с работой. Главное же, человек оказывался на своем месте. Батюшка всегда точно видел, в чем призвание человека, к чему он больше способен, что ему полезно, — туда и направлял его.

Очень многие люди бесконечно благодарны отцу Иоанну за решение такого жизненно важного вопроса, как жилье. Если человек становился батюшкиным духовным чадом, то этот вопрос со временем всегда решался положительно. Батюшка одному советовал, к кому на работе обратиться с тем, чтобы поставили на очередь, другому подсказывал, как сделать родственный обмен, а третий по молитвам старца неожиданно получал квартиру. По молитвам батюшки все имели свое жилье, хотя некоторые получали его с трудом, после долгого ожидания.

У тех, кто слушался батюшку, вся жизнь вскоре выравнивалась и устраивалась. Монахиня Серафима (Русанова) говорила: «От батюшки никто не уходит тощим». И действительно, все получали помощь.

Среди многочисленных духовных чад отца Иоанна были люди самых разных профессий. Поразительно при этом было искусство батюшки давать исчерпывающие квалифицированные ответы, касающиеся всех сфер человеческой деятельности: будь то медицина, экономика, живопись, математика, юриспруденция, строительство, искусствоведение или просто домашнее хозяйство. Под руководством батюшки многие защищали кандидатские и докторские диссертации, причем старец часто сам выбирал им тему, писал план, объяснял, как провести исследование, а главное, определял основное направление работы и то, зачем она нужна людям. В миру этот дар старца назвали бы исключительной эрудицией. Это был благодатный, обильный Божий дар рассуждения.

Старец учил: «Таланты наши надо направлять в веру, в добродетели, чтобы и в светском обществе быть солью земли». Тем, кто занимал высокие должности и посты, батюшка говорил: «Нужно думать о народе, чтобы люди не пострадали, а не бояться за свои портфели».

Воплощая в своей жизни святое старческое слово, духовные дети отца Иоанна несли в мирскую жизнь то истинное духовное начало, которое преображает мир. Батюшка сам каждым своим поступком нес добро и мир и учил этому духовных детей. Он говорил: «Людям надо помогать, очень они сейчас нуждаются в теплоте, в помощи. Быть свечой горящей, чтобы хоть кто-нибудь мог погреться у нее…»

Велика была сила слов отца Иоанна, приносимых его духовными детьми в общество. Указания старца старались записать или запомнить дословно и так же их передать окружающим. Ведь и святые отцы учат: «В собеседованиях вместо собственных рассуждений лучше пользоваться изречениями старцев».

Призывая людей к духовно-нравственному совершенствованию, старец учил их очищать свою душу. Здесь в его деятельности ярко проявились специфические черты старческого руководства.

Батюшка каждого приучал открывать свои мысли духовнику. В «Лекциях по Пастырскому богословию» отец Иоанн указывал: «Откровение помыслов старцу искореняет зло и предупреждает от грехопадений». Это делание — откровение помыслов старцу—издавна процветало в Глинской пустыни, и батюшка прививал его своим духовным детям.

Всякий грех начинается с греховных помыслов. Следовательно, и духовная борьба должна начинаться именно с них. Но для этого надо научиться видеть свои помыслы. Именно поэтому батюшка, прежде всего, и учил замечать помыслы и исповедовать их. Он говорил: «До грехопадения был человек в единении с Богом. Не было у него плохих мыслей. А теперь враг то с одной стороны, то с другой стороны подступает. А человек слабый — все принимает».

Отец Иоанн писал о том, насколько опасны греховные мысли: «Как нечистый и зловредный воздух изнуряет и ослабляет тело и прежде времени сводит в могилу, так и нечистые, греховные мысли оскверняют душу, заражают ее грехом и препятствуют проникновению в нее благодати Божией, без которой душа умирает вечной смертью».

Помыслы, являющиеся в душе, бывают добрые и злые, они тесным образом переплетаются друг с другом. Самому человеку без опытного наставника распознать их невозможно. Поэтому батюшка учил, что открытие помыслов должно охватывать содержание всей души. На исповеди ему открывали не только свои грехи, искушения, но и мысли, пожелания, злые движения сердца.

Одному человеку отец Иоанн объяснял: «Помыслы заводятся, как моль, неприметно, и всю одежду в дыры изъедают. Ты долго их скрывал, а говорил бы сразу да почаще — ничего бы уж не было… Когда скрываешь — вместе с диаволом борешься против духовника. Будь готов каждую мысль сказать батюшке».

Как правило, человек чувствовал, что отец Иоанн и так видит его мысли; часто старец их сам говорил, и это сразу располагало к полной откровенности. Но бывали и такие случаи, когда батюшке приходилось долго увещевать человека или даже грозно приказывать, чтобы тот открыл греховный помысл. И это была та серьезная внутренняя борьба, которой он учил человека.

Старец как бы за руку вел человека по ступеням лестницы духовно-нравственного совершенствования. Сначала учил замечать помыслы (что очень непросто для новоначальных), затем открывать их духовнику и, наконец, бороться с ними.

Отец Иоанн каждому, к нему приходившему, много говорил о необходимости внутренней борьбы: «Наша жизнь здесь — борьба. Сидим в окопах как солдаты — вокруг рвутся снаряды. Христианин — это воин, сражающийся, по апостолу Павлу, с «духами злобы поднебесной». «Мы, воины, должны бороться, не расслабляться». «Здоровая душа, когда борется с мыслями, с желаниями». «Против греха борись, как воин, сражайся с диаволом до победного конца, призывая в помощь Царицу Небесную».

В борьбе с помыслами, как учил старец, следует «переключать ум». «Важно в жизни, что извлекаешь из обстоятельств. Паук из цветка яд берет, а пчела — мед. Вот, например, идешь, услышишь музыку, песни, а ты сразу мысль переключай: «А как же Ангелы на небесах поют?» Мыслей греховных не допускай. Сразу переключайся на другое. Думай, например, о смерти, о Страшном суде». Кому-то батюшка советовал переключать ум на работу. Батюшка учил, что греховные помыслы нужно отгонять сразу же, как они возникают, не принимая их и не позволяя им проникнуть в наше сердце.

Батюшка наставлял бороться с помыслами молитвой. Он говорил: «Надо гнать вражьи мысли, заменять их молитвой». И еще говорил: «Если будешь делом да молитвой занят, враг не подступит».

Если у человека были сомнения в вере, батюшка говорил: «Сомнение — искушение диавола. Бессмысленно разговаривать со своими мыслями. На все сомнения — один ответ: «Верую», — и скоро почувствуешь помощь».

Духовные чада отца Иоанна отчетливо помнят его энергичные слова, которые он говорил на исповеди или благословляя: «Будь внимателен!», «Исправляйся! Смотри за собой!» Эти слова были для каждого нравственным импульсом, сообщали человеку бодрость, ревность о своем спасении. Старец учил редкому теперь дару — вниманию (святые отцы называют его еще трезвением, бодрствованием, хранением ума). Внимание — одно из основных средств борьбы с греховными помыслами.

По словам отца Иоанна, внимание относится не только к области ума, но вообще ко всему нашему существу. Бодрственное состояние души и тела требует от христианина как хранения ума, так и хранения чувств, которые, по невнимательности человека, бывают проводниками греховных помыслов.

Духовные чада отца Иоанна отчетливо помнят, как он, поднося палец по очереди к глазам, уху и устам, весомо, проникновенно говорил: «Глаза, уши, язык», то есть «ограждай глаза, уши, язык».

Давая такое наставление, батюшка как бы передавал человеку состояние внутренней собранности, контроля над собой.

Особенно старец призывал следить за языком. Он приводил слова преподобного Антония Великого: «Блюдись, человек, возьми власть над языком своим и не умножай слов, чтобы не умножить грехов».

Духовных чад он наставлял: «Больше надо молчать. Много говорит пустой человек. Если будешь мало говорить, к твоему слову будут прислушиваться. Когда говорят старшие — все выслушать, не перебивать, потом вежливо, кротко ответить».

Батюшка учил и к воспоминаниям относиться внимательно, чтобы они не повредили душе. О снах старец говорил: «Встал — забыл».

Таким образом, отец Иоанн учил быть внимательным во всем. В одном из писем он наставлял: «С нашей стороны требуется постоянный контроль за нашими действиями, поступками и мыслями. Такого внимательного человека Бог никогда не отринет, и, более того, Он будет всегда помогать ему в преодолении всевозможных искушений».

Старец учил записывать, чтобы не забывать, как ходишь в церковь, как стоишь, молишься, чем гордишься, тщеславишься, на что обижаешься, как сердишься, раздражаешься, осуждаешь, есть ли сострадание к людям, одним словом — следить за собой. Строго говорил: «Бегай, как огня, всего ненужного». Внимание и строгость батюшки побуждали человека перед каждым поступком как бы приостановиться, подумать, угодно ли это Богу, не вызовет ли он недовольство отца Иоанна, не огорчит ли его.

С большой осторожностью приучал старец относиться к чтению книг. Большой грех — прочесть что-нибудь без благословения, так как душа может воспринять не то, что нужно, и от Бога отпасть. Новоначальным обычно говорил: «Надо осторожно читать. Читай то, что проверено: «Жития святых», «Жизнеописания подвижников благочестия», Авву Дорофея, Оптинских старцев». Такими методами старец воспитывал человека, так учил, чтобы внимание охватывало все стороны его жизни.

РУССКАЯ ШКОЛА В XIX ВЕКЕ: СОХРАНЕНИЕ РЕЛИГИОЗНЫХ НАЧАЛ

(Из книги «Основы русской педагогики)

XIX век характеризуется усилением роли государства в области образования. В 1802 году впервые в истории России учреждается Министерство народного просвещения. Обсуждается проект школьной реформы.

Первая фундаментальная реформа просвещения в России была подготовлена в начале XIX века ближайшим окружением императора Александра I: M.M. Сперанским, Н.Н. Новосильцевым, В.Н. Каразиным и др. Она стала частью общих преобразований в государственной и административной сферах. Создавалась школьная система, распределенная по учебным округам, на общегосударственном уровне подчиненная Министерству народного просвещения. «Предварительные правила народного просвещения», вышедшие в 1803 году, определяли его цель как «нравственное образование граждан соответственно обязанностям и пользам каждого состояния».

Устав учебных заведений (1804) предусматривал три типа общеобразовательных школ: приходские училища, уездные училища и гимназии. Формально система считалась бессословной, но лишь первые два типа школ были бесплатными для населения. Сельские приходские училища вверялись «благонамеренной попечительности» помещиков, уездные училища и губернские гимназии финансировались из государственных средств. Из ведения Министерства народного просвещения исключались некоторые направления образования и многочисленные учебные заведения Святейшего Синода, ведомства учреждений императрицы Марии Федоровны, военного министерства и др. Особую категорию привилегированных учебных заведений должны были составить Царскосельский и другие лицеи, а также благородные пансионы. На особых условиях управлялись школы Виленского и Дерптского учебных округов, охватывавших территории, лишь недавно вошедшие в состав Российского государства. Таким образом, согласно принятому Уставу учебных заведений, в России приводятся в систему различные типы образовательных учреждений, возникшие в XVIII веке и не связанные ранее между собой, устанавливается преемственность обучения.

В 1817 году учреждается единое Министерство духовных дел и народного просвещения. В манифесте императора о создании объединенного министерства выражается пожелание, чтобы «христианское благочестие было всегда основанием истинного просвещения». Это был явный отход от секуляризаторской политики в области образования, особенно характерной для петровского времени.

Руководителем нового министерства назначается бывший обер-прокурор Святейшего Синода князь Александр Николаевич Голицын (1773-1844), который заявляет о необходимости «постоянного и спасительного согласия между верою, ведением и властью или, другими выражениями, между христианским благочестием, просвещением умов и существованием гражданским».

В этот сложный период российской истории сама жизнь заставляет представителей российской элиты переосмысливать отношение к религии и Церкви. Известный историк Николай Михайлович Карамзин, ранее восторженно отзывавшийся о реформах Петра I, приходит к критической переоценке последствий его преобразований. В «Записке о древней и новой России», поданной в 1811 году императору Александру I, Карамзин утверждает, что страсть Петра «к новым для нас обычаям преступила в нем границы благоразумия». По словам Карамзина, Петр унизил народный дух, составляющий нравственную мощь государства, а через это и мощь физическую. Автор «Записки» называет обучение добрым нравам «исконной обязанностью духовенства».

В 1819 году Министерство духовных дел и народного просвещения издает циркуляр о преподавании религиозных дисциплин в учебных заведениях различных типов: в приходских училищах — сокращенного катехизиса, Священной истории и чтений из Священного Писания; в уездных училищах — пространного катехизиса, изъяснений из Евангелий, чтений из Священного Писания; в гимназиях — чтений из Священного Писания. С 1819 года в Московском университете учреждается кафедра богопознания и христианского учения.

В этом же году уполномоченный министерства М.Л. Магницкий, бывший Симбирский губернатор, в отчете о ревизии Казанского университета писал: «Время уже вникнуть в цели правительства, которое хочет, и хочет непреоборимо, положить единым основанием народного просвещения — благочестие… Начальство требует военных и гражданских чиновников благочестивых; ученость же без веры в Бога Откровенного не токмо не нужна ему, но почитается им вредною». М.Л. Магницкий назначается попечителем Казанского учебного округа и получает задание реорганизовать Казанский университет. В инструкции директору университета в 1820 году М.Л. Магницкий писал: «Цель правительства в образовании студентов состоит в воспитании верных сынов Православной Церкви, верных подданных Государю, добрых и полезных граждан Отечеству… В преподавании всех наук в университете должен быть дух Святого Евангелия». От директора требовалось наблюдать, «чтобы дух вольнодумства ни открыто, ни скрыто не мог ослаблять учения Церкви и в преподавании наук философских, исторических или литературы». Очевидно, что налицо — поворот в образовательной политике российской власти.

К сожалению, глава министерства А.Н. Голицын и его ближайшее окружение попали под сильное влияние протестантских и других еретических течений. Создавались благоприятные условия для распространения литературы, проповедовавшей мистические лжеучения. Противники курса Голицына подвергались репрессиям. Все это мешало истинному просвещению народа России на основе традиционных ценностей православной религии.

Протесты и духовенства, и гражданских лиц привели к отставке Голицына. Объединенное министерство упраздняется. В 1824 году министром народного просвещения становится один из самых непримиримых противников партии Голицына адмирал А.С. Шишков, великий патриот России. В речи при вступлении в должность А.С. Шишков изложил свое педагогическое кредо: «Науки, изощряющие ум, не составят без веры и без нравственности благоденствия народного. Они сколько полезны в благонравном человеке, столько же вредны в злонравном… Но правила и наставления в христианских добродетелях, в доброй нравственности нужны всякому».

Александр Семенович Шишков (1754-1841) — одна из самых ярких фигур в истории России первой половины XIX века. Огромен его вклад в укрепление Российского государства, в развитие русской культуры. Шишков — человек разносторонних дарований: мореплаватель, воин, поэт, переводчик, ученый, государственный деятель, педагог. Его называли «мужем отечестволюбивым».

А.С. Шишков получил всероссийскую известность задолго до назначения его министром народного просвещения. «Рассуждение о любви к Отечеству», написанное им с болью в сердце, всколыхнуло русское общество, привлекло к себе внимание в правительственных кругах. Считая язык основой культуры и воспитания, А.С. Шишков создал литературное объединение «Беседы любителей русского слова», которое вело борьбу против засорения родного языка иностранными словами, против рабского подражания заграничным обычаям. Его считали своим учителем А.С.Грибоедов и С.Т.Аксаков. А.С. Пушкин писал о Шишкове: «Сей старец дорог нам». «Язык наш превосходен, богат, громок, силен, глубокомысленен, — писал А.С. Шишков,— надлежит только познать его, вникнуть в состав и силу слов, и тогда удостоверимся, что не его другие языки, но он их просвещать может».

А.С. Шишков называл язык фундаментом нации и указывал, что разрушение его, в конечном счете, может привести к гибели народа. Он с большой тревогой говорил об увлечении высшего общества России французским языком в ущерб родному и особенно сетовал на пренебрежительное отношение к церковнославянскому языку — богослужебному языку Русской Православной Церкви. «Тому, кто грамматику природного своего языка хорошо знает, — отмечал А.С. Шишков,— немного времени потребно обучиться читать на иностранном языке. Напротив, чтобы говорить им как своим природным, нужно от самого младенчества беспрестанно им заниматься. Это воспрепятствует вам знать собственный язык ваш, разумеется, не тот, которому научились вы на улице, но тот, каким в священных храмах проповедуют слово Божие и какой находили вы в книгах от Нестора до Ломоносова, от Игоревой песни до Державина». А.С. Шишков с болью писал о том, что «словенский, древний, коренной, важный, великолепный язык наш, на котором преданы нам нравы, дела и законы наших предков, на котором основана церковная служба, вера и проповедание слова Божиего, сей язык оставлен презрен».

Невнимание к родному языку и раболепство перед западной культурой А.С. Шишков непосредственно связывает с упадком веры и нравственности. С горьким чувством он говорит о русском мальчике, который на десятом году жизни наизусть декламирует французские стихи, но «еще ни одного русского писателя не читал, Псалтири, Нестора, Четьи-Минеи и в глаза не видал». Подрастает человек, который «о бессмертии души… никогда не думает». Став взрослым, он «больше всего превозносит вольность, которая, по его понятиям, в том и состоит, чтоб не считать ничего священным, не повиноваться ничему, кроме страстей своих».

Верность Православию, добронравие, преданность Отечеству, любовь к родному языку и отечественной культуре — эти понятия для Шишкова неразделимы: «Народ приобретает всеобщее к себе уважение, когда оружием и мужеством хранит свои пределы, когда мудрыми поучениями и законами соблюдает доброту нравов, когда любовь ко всему отечественному составляет в нем народную гордость, когда плодоносными ума своего изобретениями не только сам изобилует и украшается, но и другим свои сообщает. О таком народе можно сказать, что он просвещен».

Император Александр I сумел по достоинству оценить патриотические настроения А.С. Шишкова. Накануне Отечественной войны 1812 года тот получает назначение на пост статс-секретаря и становится, по сути, правой рукой государя в управлении страной. Он ведет всю государственную документацию, направляет внешнеполитическую деятельность России, отвечает за решение общих вопросов военной политики, пишет царские манифесты, причем таким возвышенным слогом, что современники говорят: «Шишков один двигает народным духом».

Написанные им манифесты воодушевляли народ, поднимали его на ратный подвиг во славу Родины, вселяли веру в правоту и святость борьбы с иноземными захватчиками.

По окончании войны А.С. Шишков избирается президентом Российской Академии и остается во главе ее до конца жизни. В течение нескольких лет он занимает также пост министра народного просвещения: в послевоенный период «шатания умов» на посту министерства, ведавшего столь важной сферой государственной жизни, нужен был авторитетный человек, способный непреклонно отстаивать интересы Отечества.

А.С. Шишков хорошо понимал, какая огромная ответственность лежит на возглавляемом им министерстве. Обращаясь к своим сотрудникам, он говорил: «Мы дадим Богу и Отечеству ответ, если нерачительно будем исполнять долг свой и обязанность. Перенесемся воображением через шесть или семь пятилетий вперед и взглянем мысленно на последствия наших деяний. Если воспитываемое во множестве училищ юношество от нерадения нашего возрастет и возмужает с некоторыми недостатками и пороками; если не утвержденное в благоговении к Богу, в преданности к Государю и Отечеству, в любви к правде, в чувствовании чести и человеколюбия, заразится оно лжемудрыми умствованиями, ветротленными мечтаниями, пухлою гордостью и пагубным самолюбием, то сколько впоследствии времени произойдет от того зла и в воинских ополчениях, и в судебных заседаниях, и в исполнении всяких должностей, и в семействах, и вообще в пользе общежития» (346,128).

Как уже отмечалось, проблемы образования волновали Шишкова и тогда, когда он не был министром просвещения. В 1815 году он представил Государственному совету выдержки из целого ряда учебных пособий для университетов, гимназий и училищ, изданных при Министерстве народного просвещения. А.С. Шишков указывал, что эти книги способны «скорее затмить ум и развратить сердце ученика, скорее возбудить в нем огонь страстей и самолюбия, нежели просветить нужными познаниями, украсить благонравием и наставить на истинный путь». Министерство просвещения оставило соображения, высказанные Шишковым, без внимания. Впоследствии в качестве учебных пособий были выпущены еще более опасные в нравственном отношении сочинения, прямо направленные против православной веры и монархии и приведшие к беспорядкам в учебных заведениях. В этом же году Шишков выступил с проектом цензурной реформы, предусматривавшим активную роль нравственной, духовной и политической цензуры.

Став министром, А.С. Шишков поставил вопрос о том, чтобы устранить разнобой и произвол в преподавании. Он считал недопустимым в процессе обучения упускать из виду «главнейшие в просвещении основания» — наставление в чистой христианской вере и доброй нравственности. «Одно обучение не есть воспитание и даже вредно без возделывания нравственности, которой христианину вне Церкви нигде найти не можно», — подчеркивал А.С. Шишков. Этому принципу он и старался следовать в своей деятельности на посту министра народного просвещения, главное внимание уделяя нравственному развитию личности и религиозному воспитанию как его основе.

Шишков выдвинул идею «русского воспитания», которое понимал как формирование чувства любви к Отечеству и Православию, приверженность таким «русским» ценностям, как послушание, кротость, милосердие, гостеприимство, целомудрие.

В 1828 году в России принимается новый школьный устав. Отныне условием создания приходского училища становится письменное согласие священника, выражающего готовность проводить уроки религии во вновь создаваемой школе. Устанавливается обязательность изучения этого предмета. Обучение религии начинает занимать первую строку в перечне предметов учебного курса. (В уездном училище изучалось большее количество предметов, поэтому доля учебного времени на обучение религии оказывалась здесь меньшей, чем в приходских училищах.) В штате училищ появляется должность законоучителя, а правом занимать ее наделяются только церковные лица. Впервые в общем законодательном акте обучение религии рассматривается как основа и нравственная цель воспитания. Законоучитель был уравнен в правах, связанных с осуществлением учебного процесса, с другими учителями уездного училища.

В 30-х годах XIX века министр народного просвещения Сергей Семенович Уваров (1786-1855) заявил о намерении «приспособить общее всемирное просвещение к нашему народному быту, нашему народному духу». Этот курс выразился в известной формуле: «Православие, самодержавие, народность». Были усилены классические основы среднего образования, разграничены его профили, усилился контроль за частной образовательной деятельностью.

Десять лет спустя С.С. Уваров так скажет о мотивах проводимой им политики: «При повсеместном распространении разрушительных понятий, ввиду печальных явлений, окружавших нас со всех сторон, надлежало укрепить Отечество на твердых основаниях, на коих зиждется благоденствие, сила и жизнь народов; найти начала, составляющие отличительный характер России и ей исключительно принадлежащие». На первое место среди этих начал С.С. Уваров ставил Православие.

В 30-40-х годах XIX века стала очевидной невозможность создания единообразной школьной системы во всех регионах России. Наиболее слабым звеном школьной системы оставалось начальное образование, особенно в сельской местности. Вместе с тем активизировалась просветительская и миссионерская деятельность Русской Православной Церкви. К середине XIX века на средства православного духовенства содержалось около девяти тысяч приходских школ.

Деятельность А.С. Шишкова и его преемников в 30-е, 40-е и 50-е годы XIX века соответствовала основным представлениям императора Николая I (1796-1855) о целях и задачах образования. «Учение и ученость я уважаю и ставлю высоко, — говорил император на встрече с делегацией Московского университета,— но еще выше я ставлю нравственность. Без нее учение не только бесполезно, но может быть вредно, а основа нравственности — святая вера. Вместе с учением надо воспитывать религиозное чувство. Вот мой взгляд на просвещение». Ранее Николай I указывал, что необходимо преобразовать преподавание в университетах таким образом, чтобы «впредь все положения и выводы науки были основываемы не на умствованиях, а на религиозных истинах, в связи с богословием».

В дискуссиях о народном образовании этого периода большой вес имело мнение выдающихся представителей русской педагогической мысли традиционалистского направления. К их числу, в частности, принадлежал известный лингвист и этнограф, составитель «Толкового словаря живого великорусского языка» Владимир Иванович Даль (1801-1872).

По мнению В.И. Даля, образование и образовательная политика должны оцениваться с точки зрения нравственности и соответствия национальным особенностям страны. «В противоборстве западному приливу и волнению, — писал В.И. Даль, — кажется, не может быть иного смысла, как требование, во-первых, принимать образование и просвещение в добром направлении его, а не в дурном (можно быть умным и ученым негодяем), — и, во-вторых, принимать его не бессознательно, а применяя и приурочивая к своей почве… следовательно, отвергая или изменяя все то, что нам негоже».

Широкий резонанс имело выступление В.И. Даля в защиту родного языка в Обществе любителей русской словесности в 1862 году. «Все, что было сделано доселе, со времен петровских, в духе искажения языка, — сказал он, — все это как неудачная прививка, как прищепа разнородного семени, должно усохнуть и отвалиться, дав простор дичку, коему надо вырасти на своем корню…»

Слова В.И. Даля, сказанные почти полтора столетия назад, в еще большей степени служат предостережением сегодняшним носителям русского языка, педагогам, родителям, всем, кто должен передать его богатства молодому поколению.

Внес свой вклад в развитие отечественной педагогики и великий русский писатель Николай Васильевич Гоголь (1809-1852). В этом плане следует упомянуть прежде всего его книгу «Выбранные места из переписки с друзьями». По мнению Н.В. Гоголя, Православная Церковь должна занять достойное место в русском обществе, быть духовным и нравственным руководителем народа. «В ней, — писал Гоголь, — заключено все, что нужно для жизни истинно русской, во всех ее отношениях, начиная от государственного до простого семейственного, всему настрой, всему направленье, всему законная и верная дорога. По мне, безумна и мысль ввести какое-нибудь нововведенье в Россию, минуя нашу Церковь, не испросив у нее на то благословенья». Просветить, в понимании Н.В. Гоголя, «не значит научить, или наставить, или образовать, или даже осветить, но всего насквозь высветлить человека во всех его силах, а не в одном уме, пронести всю природу его сквозь какой-то очистительный огонь. Слово это взято из нашей Церкви, которая уже почти тысячу лет его произносит, несмотря на все мраки и невежественные тьмы, отовсюду ее окружавшие, и знает, зачем произносит».

Со словами В.И. Даля и Н.В. Гоголя перекликаются рассуждения славянофила Ивана Васильевича Киреевского (1806-1856): «Грамотность и вообще первоначальное обучение народа может быть полезно и вредно, смотря по характеру самого обучения и тем обстоятельствам, в которых находится обучаемый… Русский человек весьма уважает образованность там, где видит от нее несомненную пользу, но он… боится обманчивой стороны образованности и держится старины, ищет только такого просвещения, о котором мог быть уверен, что оно действительно основывалось на его коренных убеждениях веры и вековых обычаях нравственности». И далее: «Образовательное начало заключалось в нашей Церкви».

В 1861 году последовал Высочайший рескрипт императора Александра II (1818— 1881), которым предоставлялось равное право Министерству народного просвещения и духовному ведомству на создание учебных заведений начального образования. С начала 60-х годов впервые в законодательно-нормативной форме ранее декларированная цель начального образования России — «распространение первоначальных полезных сведений» — дополняется идеологической: «утверждение религиозных и нравственных понятий».

Тем же рескриптом устанавливается право местных приходских священников контролировать соблюдение религиозной направленности во всех начальных учебных заведениях.

В 1866 году Александр II в другом своем рескрипте называет главной задачей правительства «охрану русских людей от вредных лжеучений» и сообщает о том, что им даны указания о наставлении юношества в духе Православия. В «Объяснительной записке к правилам для учеников» Министерства просвещения от 1874 года говорится: «Всякая разумно направляемая школа стремится к воспитанию детей в истинно патриотическом духе, в духе полнейшей преданности Государю, Отечеству, своему народу, в духе полного уважения к его прошедшему и веры в его будущее, в духе хранения заветов его истории…

Довершением истинно нравственного воспитания может быть только воспитание в религиозном духе. И в этом отношении, как во всех других, собственный пример и собственное настроение наставников могут лучше всего действовать и на учеников, и только при собственном религиозном, истинно христианском настроении наставников оно может сообщаться и их ученикам».

Переломным моментом в истории российской школы стала реформа 60-х годов XIX века — составная часть широких социально-экономических, административных, военных, судебных и других преобразований, осуществленных при Александре П. Важнейшие меры, повернувшие российское просвещение на путь массовой школы, были обозначены «Положением о начальных народных училищах» (1864). Цель начального образования определялась как «утверждение в народе религиозных и нравственных понятий и распространение первоначальных полезных знаний». Начальные школы объявлялись общедоступными и всесословными. Поощрялась частная и земская инициатива в открытии учебных заведений, что способствовало развитию женского, внешкольного и других направлений образования. Основными предметами стали: Закон Божий, чтение русских и церковнославянских книг, письмо, начала арифметики, церковное пение.

Реформа 60-х годов XIX века утверждала всесословность как коренной принцип образования. Реформа впервые обозначила черты государственно-общественной системы управления образованием.

В 80-х годах XIX века внимание обер-прокурора Святейшего Синода Константина Петровича Победоносцева (1827-1907), одного из видных деятелей русского просвещения, привлек опыт частной школы С.А. Рачинского, в которой обучение наукам было тесно связано с преподаванием религии. К.П. Победоносцев писал: «По народному понятию, школа учит читать, писать и считать, но, в нераздельной связи с этим, учит знать Бога и любить Его, и бояться, любить Отечество, почитать родителей. Вот сумма знаний, умений и ощущений, которые в совокупности образуют в человеке совесть и дают ему нравственную силу, необходимую для того, чтобы сохранить равновесие в жизни и выдерживать борьбу с дурными побуждениями природы, с дурными внушениями и соблазнами мысли»

По настоянию К.П. Победоносцева создается целая сеть церковно-приходских школ, образцом для которых послужила школа Рачинского. В 1884 году император Александр III (1845-1894) утверждает «Правила о церковно-приходских школах». Это были начальные училища, открываемые православным духовенством. Цель их заключалась в том, чтобы, как говорилось в правилах, «утверждать в народе православное учение веры и нравственности христианской и сообщать первоначальные полезные знания». Церковноприходские школы были двух видов: с двухлетним и четырехлетним курсом обучения. В них преподавались Закон Божий (изучение молитв; Священная история и объяснение богослужения; краткий катехизис); церковное пение; чтение церковной и гражданской печати и письмо; начальные арифметические сведения. В школах с четырехлетним сроком обучения преподавались также начальные сведения из истории Церкви и Отечества.

«Приходские школы, — говорилось в «Правилах», — нераздельно с Церковью должны внушать детям любовь к Церкви и богослужению». Ежедневные учебные занятия начинались и оканчивались молитвой. Преподавание в церковно-приходских школах вели местные священники или члены причта, а также особо назначаемые с утверждения епархиального архиерея учителя и учительницы под наблюдением священника. Учительские должности в церковноприходских школах занимали преимущественно выпускники духовных учебных заведений и женских училищ духовного ведомства.

Вся обстановка в школе способствовала созданию у учащихся молитвенного настроя, серьезного отношения к учебе. Войдя в школу, ученик осенял себя крестным знамением и делал низкий поклон учителю (а учителю-священнику — земной поклон). Затем он, положив установленные три поклона перед иконой, приступал к повторению пройденного материала. Уроки заканчивались, когда звонили к вечерней службе, то есть около четырех часов дня. Школьники вставали с мест и пели хором молитву «Ныне отпущаеши…». Накануне большого церковного праздника все учащиеся в обязательном порядке шли на службу. Учитель напоминал им, что они должны вести себя в храме благопристойно. В одном из наставлений учащимся того времени говорится: «Если минуете святую церковь, и узрит кто образ Христов, не мини (то есть не пройди мимо), еже не помолиться». Школьникам было запрещено без надобности ходить по улицам, особенно там, где собирается толпа. Если ребенку плохо давалась наука, родители приглашали священника. Читались особые молитвы о «неудобоучащемся грамоте», преподобных Сергия Радонежского и Александра Свирского призывали уврачевать «скорбную главу», дать ей понимание и способность к учению. Учителя и родители рассказывали детям, как эти святые усердно молились Пресвятой Богородице, прося, чтобы она отверзла их «умные очеса», и как молитва их была услышана. По воскресным дням и большим церковным праздникам ученики после литургии приходили в школу, чтобы поздравить учителя. Он беседовал с детьми о празднике, рассказывал им о жизни святого или священном событии, память которого праздновалась в тот день, и завершал беседу кратким поучением, после которого все, помолившись, расходились.

В начале XX века церковно-приходские школы стали трех- и пятигодичными. Высшее управление церковными школами было предоставлено Святейшему Синоду, а ближайшее заведование — училищному совету при Святейшем Синоде. Местное заведование церковными школами возлагалось на епархиальных архиереев, которые управляли ими через епархиальные училищные советы и уездные их отделения. На содержание церковно-приходских школ отпускались средства из бюджета Министерства народного просвещения. С 1885 по 1902 год государственные ассигнования на церковно-приходские школы возросли с 55 тысяч до 10,3 миллионов рублей. Число их увеличилось с 5517 в 1885 году до 42 696 в 1905 году. В 1865 году две трети всех приходов России имели церковные школы с охватом учащихся свыше 400 000 человек. В 1915 году в России насчитывалось 40 530 церковноприходских школ, что составляло 32,8 процента всех начальных учебных заведений страны.

Церковно-приходские школы сыграли огромную роль в духовном просвещении народа. Они были единственными в самых глухих уголках России. Их учителя — священники Русской Православной Церкви — шли к русскому крестьянину с грамотой и православным учением. То были поистине народные школы, которые существовали целиком на средства Церкви. Дмитрий Андреевич Толстой (1823-1889), будучи министром народного просвещения, в 1861 году писал: «Духовенство обнаружило такие учительные силы, каких тщетно было бы ожидать от какого-либо другого ведомства или учреждения и каким могла бы позавидовать любая из просвещенных стран Европы».

Анализируя процесс становления и развития системы православного воспитания и образования в России, нельзя особо не остановиться на деятельности русского просветителя, крупного деятеля народного образования и ученого Сергея Александровича Рачинского (1833-1902), сторонника церковно-приходских школ, педагога религиозно-нравственного направления.

Он родился в с. Татеве Смоленской губернии в дворянской семье. Одаренный и талантливый ученый, С.А. Рачинский защитил в Московском университете магистерскую («О движении высших растений») и докторскую («О некоторых химических превращениях растительных тканей») диссертации и стал профессором кафедры физиологии растений. В годы профессорства С.А. Рачинский являлся активным членом всевозможных научных, литературных обществ. С научными и образовательными целями он выезжал за границу и поддерживал отношения с известными деятелями русской культуры того времени.

В конце 60-х годов С.А. Рачинский оставляет профессорскую должность для того, чтобы стать сельским учителем, обучать крестьянских детей. С начала 70-х годов в течение более четверти века он занимался в родном селе Татеве, а затем в других регионах Смоленской губернии учительской и просветительской деятельностью. Об этом опыте и своих выводах С.А. Рачинский рассказал в книге «Сельская школа».

На протяжении своей деятельности С.А. Рачинский построил свыше двадцати начальных школ, четыре из которых содержал полностью. Он пытался создать тип русской национальной школы. Считая основой воспитания и образования религиозность, Рачинский ратовал за передачу начального образования полностью в руки духовенства. Задачу начальной школы он видел в формировании у детей целостного и гармоничного мировосприятия на основе истин Православия. Религиозно-нравственное воспитание в школах Рачинского осуществлялось в тесной связи с эстетическим и трудовым. Деятельность Татевской школы, созданной С.А. Рачинским, получила высокую оценку императора Николая II, многих видных деятелей того времени.

Церковно-приходские школы, являясь основой системы православного образования и воспитания на Руси, сыграли огромную роль в духовном просвещении русского народа, в борьбе с нигилистическими и революционными настроениями. Еще до февральской революции 1917 года предпринималась попытка изъять их у духовенства и подчинить Министерству народного просвещения.

В тот короткий период, когда у власти находилось Временное правительство, вносились предложения отменить обязательное преподавание Закона Божия в государственных учебных заведениях, но до конкретных шагов в этом направлении дело не дошло. Большевики, захватившие власть в октябре 1917 года, одним из своих первых декретов полностью упразднили преподавание религии в государственных школах. На многие десятилетия оказалась разорванной естественная связь между образованием и Православием.

В целом, анализируя историю русской школы, можно отметить, что Православие сформировало концепцию русского воспитания, стало основой становления и развития семейного воспитания, школьного и профессионального образования России. На протяжении десяти веков, начиная от Крещения Руси в 988 году и до нашего времени, Православие является основой русской педагогики.

В XX веке носителями традиций православного воспитания (даже после революции 1917 года) оставались не только священнослужители Русской Православной Церкви, преподаватели духовных школ, но и многие педагоги-практики, а также ученые, которые продолжали осуществлять свою деятельность на основе христианских ценностей. Оставаясь в содержании образования (русская классическая литература, русская история), христианские ценности способствовали сохранению и формированию нравственности русского человека.

Важно отметить, что в современной системе образования также признается этот факт. Министр образования Российской Федерации В.М. Филиппов в 2004 году в своем докладе особо подчеркнул, что «основой русской педагогики всегда было воспитание на примере христианских идеалов». В 2006 году министр образования и науки А.А. Фурсенко в обращении к участникам Международного образовательного форума «Глинские чтения», отметил: «История нашего народа, его культурное развитие неразрывно связано с Православием. Это нашло свое выражение… в педагогике и способствует утверждению патриотических и нравственных начал в воспитании» (Фурсенко А.А. Обращение к участникам Международного образовательного форума «Глинские чтения». 2006 г.)

Икона дня


Православный календарь

Сегодня: 15 ноября 2018